Гости наперебой кричат: «Загадывай желание!». Я наклоняюсь к торту, смотрю на сорок пять свечей и пытаюсь понять, чего мне не хватает. Пожелать детям здоровья? Оно у них есть. Попросить семейного счастья? Вроде бы и так всё в порядке — по крайней мере, так кажется со стороны. Деньги? Их хватает.
Я зажмуриваюсь и прошу о том, что нельзя произнести вслух. О том, о чём неловко даже думать.
Едва шевеля губами, беззвучно повторяю:
«Пусть я ошибаюсь. Пусть мне почудилось. Пусть ничего не изменится».
Я дую изо всех сил — и огоньки один за другим исчезают. Гости хлопают.
– Загадала? – спрашивает Роман и целует меня.
– Загадала.
– Поделишься?
– Нельзя. А то не сбудется.
Он смеётся, обнимает и ведёт меня обратно к гостям. Я иду, ощущая на шее вес изумрудов — красивых, дорогих и ледяных. Как наш брак. Как его взгляд, обращённый к Лере.