Я погиб в пятницу на МКАДе, а очнулся в сентябре 1979-го — в теле двадцатитрёхлетнего лейтенанта милиции в провинциальном Краснозаводске. Теперь у меня чужие воспоминания, восемь метров в коммуналке, другая форма и служба в уголовном розыске городского отдела. Но мысли и характер — мои. И за плечами двенадцать лет оперативной работы в Москве двухтысячных.
Чтобы добраться до истины, придётся действовать по советским порядкам: без баз данных, без привычных экспертиз и без права на промах. Потому что здесь даже «пустяковое» расследование — это история, в которой на кону чья-то жизнь.